Сегодня и вчера
Портрет генерала А.И. Деникина
Фотография «Портрет генерала А.И. Деникина» Автор:
Неизвестен


Техника:
Фотография
Время создания:
1910-е годы
Смотреть полностью


Я много читал раньше о том восторженном настроении, которое, якобы, царило в Петрограде, и не нашел его.



Деникин А. И. Очерки Русской смуты. Том первый. Выпуск первый. Крушение власти и армии. Февраль-Сентябрь 1917. — Париж, 1921. — С. 73.

Четыре года я не видел Петрограда. Но теперь странное и тягостное чувство вызывала столица... начиная с разгромленной гостиницы «Астория», где я остановился, и где в вестибюле дежурил караул грубых и распущенных гвардейских матросов; улицы — такие же суетливые, но грязные и переполненные новыми господами положения, в защитных шинелях, — далекими от боевой страды, углубляющими и спасающими революцию. От кого?.. Я много читал раньше о том восторженном настроении, которое, якобы, царило в Петрограде, и не нашел его. Нигде. Министры и правители, с бледными лицами, вялыми движениями, измученные бессонными ночами и бесконечными речами в заседаниях, советах, комитетах, делегациях, представителям, толпе... Искусственный подъем, бодрящая, взвинчивающая настроение, опостылевшая, вероятно, самому себе фраза, и... тревога, глубокая тревога в сердце. И никакой практической работы. Министры по существу не имели ни времени, ни возможности хоть несколько сосредоточиться и заняться текущими делами своих ведомств; и заведенная бюрократическая машина, скрипя и хромая, продолжала кое-как работать старыми частями и с новым приводом...

Рядовое офицерство, несколько растерянное и подавленное, чувствовало себя пасынками революции и никак не могло взять надлежащий тон с солдатской массой. А на верхах, в особенности, среди генерального штаба, появился уже новый тип оппортуниста, слегка демагога, игравший на слабых струнках Совета и нового правящего рабоче-солдатского класса, старавшийся угождением инстинктам толпы стать ей близким, нужным и на фоне революционного безвременья открыть себе неограниченные возможности военно-общественной карьеры.

Следует, однако, признать, что в то время еще военная среда оказалась достаточно здоровой, ибо, невзирая на все разрушающие эксперименты, которые над ней производили, не дала пищи этим росткам. Все лица подобного типа, как, например, молодые помощники военного министра Керенского, а также генералы Брусилов, Черемисов, Бонч-Бруевич, Верховский, адмирал Максимов и др. не смогли укрепить своего влияния и положения среди офицерства.

Наконец, петроградский гражданин — в самом широком смысле этого слова — отнюдь не ликовал. Первый пыл остыл, и на смену явилась некоторая озабоченность и неуверенность.

Не могу не отметить одного общего явления тогдашней петроградской жизни. Люди перестали быть сами собой. Многие, как будто, играли заученную роль на сцене жизни, обновленной дыханием революции. Начиная с заседаний Временного правительства, где, как мне говорили, присутствие «заложника демократии» — Керенского придавало не совсем искренний характер обменѵ мнений... Побуждения тактические, партийные, карьерные, осторожность, чувство самосохранения, психоз и не знаю еще какие дурные и хорошие чувства заставляли людей надеть шоры и ходить в них в роли апологетов или, по крайней мере, бесстрастных зрителей «завоеваний революции» — таких завоеваний, от которых явно пахло смертью и тлением.




Одежда у татар была темного цвета: они казались в ней мрачными и унылыми. Наши же войска, напротив, отличались нарядностью и производили приятное впечатление
Видимые для всех границы и центры областного управления были вредны, для утверждения государственного единства
К вопросу о государственных цветах древней России
План хозяйства в лесной даче его сиятельства Графа Петра Павловича Шувалова
Как скоро начинают говорить о кредите, он падает
Без искусственного возбуждения не дается ни один шаг, поэтому, пропаганда составляла предмет особенной заботливости вожаков заговора
Жители Кавказа должны столько же любить и уважать нас во время мира, сколько бояться в военных действиях
Не бо праведно, якоже словеса реша, во cвины поврещи, иже умных бисер чистое и боговидное и доботворное украшение
Кто русский по сердцу, тот бодро и смело и радостно гибнет за правое дело!
Я много читал раньше о том восторженном настроении, которое, якобы, царило в Петрограде, и не нашел его.



Библиотека Энциклопедия Проекты Исторические галереи
Алфавитный каталог Тематический каталог Энциклопедии и словари Новое в библиотеке Наши рекомендации Журнальный зал Атласы
Политическая история исламского мира Военная история России Русская философия Российский архив Лекционный зал Карты и атласы Русская фотография Историческая иллюстрация
О проекте Использование материалов сайта Помощь Контакты Сообщить об ошибке
Проект «РУНИВЕРС» реализуется
при поддержке компании Транснефть.