Статьи

О повреждении нравов в России. Записки сенатора кн. Михаила Михайловича Щербатова с XVI ст. по 1762 г . // Русская Старина. Том II., СПб., 1870 Не только подданные, но и самые государи наши жизнь вели весьма простую. ...Хотя блюда были многочисленны, но они все состояли из простых вещей. Говядина, баранина, свинина, гуси, куры индейские, утки, куры русские, тетерева и поросята были довольны для составления великолепнейшего стола, с прибавлением множества пирожного, не всегда из чистой крупичатой муки сделанного. Телятину мало употребляли, а поенных телят и каплунов не знали. Высочайшее же великолепие состояло, чтоб круг жареного и ветчины обернуть золотой бумагой, местами пироги раззолотить и подобное.

Уж дались вам эти древние! Погодите немножко, и наша пора придет: мы тоже будем древними. На нас тоже будут писать комментарии. Над Пушкиным будут мучить бедных мальчишек ни более, ни менее, как их теперь мучат над Горацием и Пиндаром. Какой-нибудь знаменитый филолог передаст имя свое потомству, поставивши Ѣ вместо Е в древней рукописи нашего барда! Ну, а что касается до опасения от нигилизма, то я предвижу вопрос: где, в какой стране изучали больше древних классиков как не в Германии, однакож она произвела Штрауса, Фейербаха. Все это сущий вздор. В священных Санскритских книгах часто встречается слово Настика, что буквально значит нигилист. И действительно, оно имеет это значение в устах благочестивых брахманов. И так наши нигилисты могут похвастаться древностью своего происхождения. Да впрочем зачем так далеко идти? Довольно раскрыть Библию: книга Экклезиаст очевидно произведение отчаянного нигилиста...

Русские должны сражаться молча! «Чтобы все, а наипаче Офицеры, смотрели того, чтобы отнюдь крику не было во время боя, а тихо, и никто, кроме Офицеров, в то время говорить не должен, под наказанием смерти; а ежели в которой роте учинится крик, то без всякого милосердия тех рот Офицеры будут повешены. А Офицерам такая дается власть: ежели которой солдат закричит, тотчас заколоть до смерти, понеже в сем деле все состоит.» Петр I.

О плотоугодии бессильного старца, незаконной жене его, волшебнице под арестом, и о покаянии обоих. Брак от Бога установлен есть ради умножения рода человеческого, чего от имеющего за 80 лет надеяться весьма отчаянно, как именованный Ергольский находится уже 82-х лет, в каковые не плотоугодия устраивать, но о спасении души своей попечительствовать долженствовало. …Оное Ергольского браковенчание произошло с Прапорщицкою Львовскою женою Десятова, вдовою Прасковьею Ефимовой дочерью, находившейся не только в Суде, но и в аресте, по делу о показуемом на нее волшебстве, из чего немалое сумнительство наносится, не оным ли он к нему склонен, что крайне богопротивно и без дальнейшего следствия оставлено быть не может.

Дорого досталась нам эта победа у Егерсдорфа Как стали солдатики наши отнимать одну пушку, какой-то немец, артиллерист, вскочил на эту пушку, схватил банник и давай вертеть им вокруг головы как палкой. Коли под удар подвернется кто — так его пополам и перешибет. Все так назад и попятились от этой силы; только был и у нас молодец фельдфебель Сидорчук, рослый, косая сажень в плечах. Вывернул он оглоблю у разбитой фуры и давай проделывать то же, что и немец. Оглобля то верно потяжелее была и подлиннее. Как изловчится Сидорчук, да как ахнет немца по ногам - только и перевернулся тот в воздухе, а наши меж тем бросились на пушку, повернули ее, и давай сыпать картечью по неприятелю же

Он имеет вышины 2 сажен 2 ¼ аршин; окружность его составляет 8 сажен 2 аршин и ½ вершка; толщина боков вверху 6 вершков, в краях 9 вершков. Лил этот колокол русский мастер Иван Федоров Маторин с сыном своим Михаилом. Отливка и переливка его, кроме материала, стоила 141000 нынешних серебряных рублей. На поверхности колокола, под фризом, поясные изображения Спасителя, Божией Матери, Иоанна Предтечи, св. апостола Петра и св. Анны пророчицы; ниже во весь рост изображены царь Алексей Михайлович и императрица Анна Иоанновна. В двух надписях излагается судьба колокола до 1733 года; в третьей надписи означено имя лившего колокол русского мастера Ивана Маторина с сыном Михаилом. В 1737 году располагали поднять колокол на Ивановскую колокольню, но случившийся 29 мая того же года пожар истребил подмостки, на которых он висел; он упал в землю, и от падения у него отшибся край. В 1836 году император Николай I повелел вынуть его из земли и поставить на гранитном пьедестале, на котором он находится и доныне.

Платов решил сам напасть на французов, не ожидая их наступления. Поставив пехоту и артиллерию за селением Мир на Несвижской дороге, герой-атаман выдвинул вперед казаков, которые завязали перестрелку с передовыми частями отряда Рожнецкого и сейчас же начали отступать. Пылкие поляки снова поддались обману и горячо бросились за селение Мир. Но казаки так быстро ускакали, как будто их и не было... Полки Рожнецкого, Турно и Дзевановского остановились на привале и стали кормить лошадей. И вот тут-то вихрем налетел на них Платов. Отовсюду, из лесов, деревень, из-за песчаных холмов мчались казаки; загремели на карьере, срываясь на позицию донские пушки. Уланы графа Турно бросились было на казаков, но их встретили ахтырские гусары. Все перемешалось. Тихий лес вдруг ожил от выстрелов пехоты и спешенных казаков. Из деревень, сотня за сотней, вылетали казаки…

Учение и хитрость ратного строения пехотных людей. 1647 год. / Переиздание под редакцией А.З. Мышлаевского и И. В. Парийского. — СПб.,1904 «А когда они молвят, как я против недруга приду и тогда мне долго стоять и устраиваться, на то я глупым ослятам ответ даю, что тот, кто сию науку вымыслил и объявил, столько же смыслил, как и те глупые пахотные мужики, и он того не учил, что стоя перед недругом тому учиться. Только так мысленно, чтобы таких необрезанных болванов, на скамью положа и стругом глупость их острогать »

Шумаков Сергей Александрович. Губные и земские грамоты Московского государства. М., 1895 «А тех воров и розбойников, и убойцов, и всяких воровских людей болши месяца в тюрьме не держать, а велеть тех воров вершить в тех местах, где они воровали или где жили, чтоб на них смотря иным не повадно было так воровать»

Чечулин Николай Дмитриевич. Очерки по истории русских финансов в царствование Екатерины II. СПб., 1906 «Финансовая и вообще экономическая сторона является наиболее слабой и наиболее мрачной стороною екатерининского царствания. Уже в эту эпоху платежные силы населения были крайне напряжены, ближайшее же будущее принесло еще новые тяжелые испытания. Мощный великий народ вынес их. Но с глубокими и вредными следами того времени рассчитались ли мы еще и теперь?»

А тело б у кречетов не убавливать , а розметоватца не давать, а доходить сквернами да водениною да держаньем, а будет вам помнитца, что засидятца или позабудут добычю, и вам бы Адару и иным, которые поспели и поспеют кречеты, пускать в суботу в вечеру по одинова каршака; а будет вам и то помыслитца, что запускать будет так что от суботы в суботу пускать, и тебе б подумать с Васильем и с Петром Хомяковым, а что вздумаете да приговорите, так и зделайте: пускать ли до меня или не пускать, а мне вам указать для тово нельзя, лебо долго к вам не буду из походу: я тепере кладуся на вас во всем, как лутче , так и делайте; а будет вашим небережением Адар или Мурат, ли Булат или Стреляй или Лихач или Салтан умрут: и вы меня и не встречайте, а соколников всех велю кнутом перепороть; а естьли убережете, и вас милостиво пожалую, а сокольников также пожалую…

При раскопках найдено в городках и в кypгaнах, на костяках, множество вещей, восстанавливающих домашнюю обстановку и нарядный костюм украшений язычника-северянина; как-то: надевавшиеся на голову, проволочные обручи, с серебряными загибами, вероятно для вкладывания цветов или других украшений, серебряные ленты, огибавшие голову, различных форм серьги, ожерелья из глиняных, стеклянных, янтарных и металлических бус, с различными привесками; браслеты, кольца с пальцев рук, пряжки и пуговицы, кольца с пальцев ног; железные ножи; стремена и шпоры; костяные иглы, вероятно для шитья сетей и груз от последних, и т. д. Ныне раскопки 52 курганов меньшей величины и 2-х большей доказали, что Троицкая группа курганов не скрывает в себе масс убитых татар или погибших от чумы Черниговцев. 52 кургана меньшей величины заключали в себе только по одному костяку без украшений или украшенному вещами, подобными вещам, найденным мною в исследованных группах курганов Новгород-Северского, Глуховского и Суджанского уездов.

Он совершил в сии дни многие счастливые нападения 22 Октября Генерал Васильчиков с одного своею кавалериею, начал дело под Вязьмой и с восьми часов утра продолжал упорнейшее сражение, с гораздо многочисленнейшим неприятелем, до десяти часов вечера, к которому времени подоспела пехота и содействовала совершенному поражению неприятеля. По переправе чрез Днепр при Копысе, ему снова было поручено начальство над авангардом главной армии; но, при всей быстроте своих движений, он не мог настигнуть неприятеля, который бежал с величайшею поспешностью, сопровождаемою всеми ужасами неслыханных бедствий, постигших его армию. Читать дальше...

В один прекрасный день к отшельнику явились Алексей и Григорий Орловы. — Тезка, — сказал Григорий, — Государыня приказала мне глаз твой посмотреть! Но Потемкин не хотел сначала исполнить этого требования; тогда Орловы силою сняли повязку с глаза и убедились, что их соперник окривел. — Ну, тезка, — проговорил тогда Григорий Орлов, — а мне сказывали, что ты проказничаешь... Одевайся: государыня приказала привести тебя к себе! Таким образом состоялось вторичное появление Потемкина при дворе.

Впереди в лесу, за ретраншементом, засели 15 тысяч янычар; по флангам их стояла конница. Нужно было разбить эти последние войска, и победа решалась, Суворов приказал нашей кавалерии броситься на ретраншемент, а пехоте следовать за нею, чтобы поддержать натиск.— «Вперед, ребята,» —воскликнул он с одушевленным взглядом, — « Груди этих басурманов ждут ваших штыков!» Как бурный вихрь понеслась кавалерия и вскочила в укрепление. В это время, ускоренным шагом, с громким криком ура, с ружьями наперевес подоспели пехотные полки, бросились на штурм и ворвались в укрепление и в лес. Суворов был тут же и говорил солдатам: «Ребята, смотрите неприятелю не в глаза, а на грудь: тут придется всадить ваши штыки» Началась страшная резня. Жарко, трудно было нашим в эту смертельную, боевую схватку. Но слова Суворова: «Хорошо! Помилуй Бог—хорошо! Мы русские, шутить не любим: штычком, штычком!» — заставляли солдат оказывать чудеса храбрости. Эта храбрость и неимоверная быстрота, с какою действовали наши, решили дело. Солдаты, как львы, кидались на врага; опро-кидывали и шибко гнали, не давая ему ни на минуту устроиться.