Статьи

Пряная аналогия Аналогии необходимы тогда, когда изучаемый оригинал, не будучи конкретно выраженным, не дает уму познавательных представлений. В средние века цены на пряности, привозимые в Европу, были очень высоки. В наши дни трудно проследить движение этих цен, так как все исторические таблицы денежной ценности достаточно абстрактны. Выручить может наглядное представление (аналог абстрактных суждений о ценах), показывающее, что в начале второго тысячелетия нашей эры тот самый перец, который теперь стоит на столиках любого ресторана, перец, который сыплют небрежно, как песок, сосчитывался по зернышкам и расценивался едва ли не на вес золота. Перец, имбирь, корицу, хинную корку и камфору взвешивали на ювелирных и аптекарских весах, наглухо закрывая при этом двери и окна, чтобы сквозняком не сдуло драгоценную пылинку. Читать дальше...

Каждый русский гражданин обязан знать свое отечество, свою родину, свою губернию, свой уезд, свой город, но такие знания, к сожалению, в большинстве у нас отсутствуют не только среди простого народа, но далее среди нашей интеллигенции, которая, к стыду нашему, больше знает об иноземных странах, чем о своей родине. Эта русская особенность, подмеченная еще бессмертным Гоголем, который говорил: «Велико незнание России среди самой России», остается до сего времени неизменной. Изучение родины важно для всех и каждого: для разного рода практических деятелей, для людей, занимающихся земледелием, промышленностью и торговлею, для чиновников и общественных деятелей и вообще для всех мыслящих людей. Без географии нельзя знать Родины, нельзя знать Отечества. Только путем изучения Родины создается привязанность к Родной Земле, к своему народу и воспитывается гражданин безгранично преданный своей Родине. Гражданин всякой страны должен знать и помнить: все, что ему дала школа и жизнь, что ему дали опыт, чтение, все его умственное развитие — все это он получил от своего Отечества, которому должен быть всегда обязанным и вечно благодарным.

Много труда надо было положить, чтобы хорошо выполнить задачу военного воспитания. Армия наша, выросшая почти до миллионного состава в мирное время, требовала все большего и большего числа офицеров, техника и искусство усовершенствованного военного дела предъявляли высокие требования к составу офицеров В последнее время школа всюду снова зашевелилась, желание поднять ее путем более рационального применения педагогических методов для формирования человека и подготовления его к жизни коснулось и нашей военно-учебной системы. Высочайшей волей призван для управления военно-учебными заведениями Великий Князь Константин Константинович, и в нашем ведомстве началась кипучая деятельность со всесторонним обсуждением педагогических вопросов по реформированию как кадетских корпусов, так и военных и юнкерских училищ. Нельзя не указать, как на особенность педагогических веяний последнего времени — это большее внимание к человеческой личности, к ее духовным качествам, словом, к живому элементу сравнительно с мертвой системой программ, к которой раньше применялись и юноши, и учащие.

Последняя отчаянная попытка Фридриха II задержать наступление войск Берга, Волконского и Вильбуа, из окопов на Мюльберге к р. Гюнеру, предоставила, только случай Чугуевскому казачьему полку занести на страницы своей истории новое молодецкое дело. Два эскадрона прусских Лейб-кирасир, под командою подполковника Бидербее, несмотря на решительное наступление сильных частей пехоты, - бросились во фланг Нарвскому пехотному полку. Чугуевцы, зорко следя за ходом боя, подобно тому как и под Пальцигом, «ударили в копья» на этих отборных прусских латников, сбили их, выхватили штандардт, захватили в плен их смелого командира подполковника Бидербее и таким образом с большим уроном отразили эту последнюю отчаянную попытку короля спасти остатки армии... Поражение прусской армии было полное. Фридрих II, предусматривая неминуемую гибель всего своего войска при сколько-нибудь энергично веденном преследовании, пришел в состояние близкое к полному самозабвению... Было 7 часов вечера, когда для всех доблестных сподвижников графа П. С. Салтыкова сделалось очевидным, что над войсками Фридриха II одержана самая решительная победа, одна из самых славных побед, которыми гордится русская армия.

Вместо отозванного красавца, в «1743 г. свящён на Вятку в Петербурге преосвященный Варлаам Скамницкий». Этот опять «природою был малоросс; обучался даже до богословия в академии киевской. Позван был в кадетский сухопутный корпус и напоследок епископом на Вятку, где дал о себе знать, что он муж строг, бодраго духа и гостеприимен». Гостеприимство пр. Варлаама объясняется однако не тем соболезнованием о голодных, которое отличало Горку и довело его до «параличной болезни», а совершенно иным. Преосвященный Варлаам был весельчак и имел большую «склонность к частым пиршествам с великолепными забавами и позорищами, на что расточал не мало иждивения». По преданиям, он очень любил танцы и сам будто охотно и хорошо танцевал. При таких навыках, владыка Варлаам мог без тоски жить даже и в Хлынове, но его преосвященство, к несчастию своему, был спорлив и неуступчив, хотя и в этом отношении тоже являл черты немалого характера…

Главная тема номера - сталинская модернизация. Наши авторы попытались предложить современный взгляд на это важнейшее и весьма драматическое социально-экономическое явление. А также: жизнь и смерть князя Олега; юбилейное (к 75-летию МГИМО), но очень содержательное интервью ректора, академика Анатолия Торкунова; колонка дочери прославленного маршала - Натальи Коневой о попытках сноса памятника её отцу в Праге; скульптор Георгий Франгулян – о Евгении Примакове, эксклюзивные фотографии памятника, который будет установлен в Москве в конце октября к 90-летию Евгения Максимовича. В киосках и книжных магазинах - с 7 октября! Для подписчиков – электронная версия на сайте издательства. Не пропустите!

К 80 летию Победы Руниверс публикует на Rutube 20 серий документальной киноэпопеи "ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ" (Неизвестная война). Фильм № 13. Освобождение Украины

Буря гоняла беглеца с острова на остров. Наконец он прибыл в Сут-Уист, где был принят Кланранальдом, одним из семи муадарцев, первым из присоединившихся к нему. Его спрятали в горах у одного дровосека, по имени Коррадаль. Но даже и там, почти на границе обитаемого мира, он не был в безопасности. Тогда-то одна женщина начертала и выполнила план, в успехе которого сначала сомневались даже самые храбрые и предприимчивые люди. Этой женщиной была знаменитая Флора Макдональд, родственница фамилии Кланранальда, находившаяся в гостях в Сут-Уисте в то время, о котором мы говорим. Тесть ее, как показывает ее имя, был членом клана сэра Александра Макдональда, следовательно, врагом принца. Несмотря на враждебное расположение своего тестя. Флора не колебалась. Она достала от него же самого паспорт для себя, для слуги и для молоденькой служанки, которую, как она говорила, приняла к себе в дом. Эта служанка в паспорте значилась под именем Бетти Бурке. Эта Бетти Бурке была принцем Карлом-Эдуардом. Под этим именем и в одежде девушки Карл прибыл в Кильбрид, на остров Ски, но и здесь он был еще на земле, подвластной сэру Александру Макдональду. Флора продолжала являть еще большее мужество и хитрость.

Чтоб не подвигнуть крестьян к непокорности или неправым притязаниям на помещиков, вы должны содержать сие в тайне Некоторые из помещиков, забыв страх Божий, собственную честь и обязанности человечества, с крестьянами своими поступают столь жестоко и бесчеловечно, что не только исторгают у них насилием малую их собственность, отягощают их непомерными работами и налогами, но и позволяют себе разного рода делать им истязания и людей, врученных им от Бога и самодержавной власти для взаимной связи, порядка и управления, употребляют, подобно бессловесным. Чтоб не подвигнуть крестьян к непокорности или неправым притязаниям на помещиков, вы должны содержать сие в тайне и сведения ваши о поведении помещиков так располагать, чтоб чувствовали они примечание правительства к их поступкам, но в правильном употреблении их власти не находили бы ни малейшего стеснения. Не попускать ни под каким видом крестьянам выходить из повиновения к помещикам, и хотя бы приносили они мне или местному начальству жалобы, они должны до решения дела оставаться в совершенной зависимости и покорности, от коей и малейшия отступления вы должны в самом начале предостерегать приличными средствами, а буйство укрощать силою закона, сколь бы впрочем ни благовидны казались причины, к нему подвигнувшие. Строгое наблюдение и поспешное восстановление тишины и благоустройства в сих случаях, я считаю главнейшею вашею должностью и на особенный и точный отчет ваш сие возлагаю. Читать дальше...

Право избирать в Императоры издавна принадлежало семи владетельным особам, носившим имя электоров. Они были в то время следующие: Альберт Бранденбуржский, архиепископ Майнцский; Герман, граф Вейдский, архиепископ Кельнский; Рейхард Грейфенкляу, архиепископ Трирский; Людовик, король Богемский; Людовик, граф Пфальц-Рейнский; Фридрих, герцог Саксонский, и Иоаким I, маркиз Бранденбуржский. Невзирая на красноречивые доказательства, представленные в пользу Карла и Франциска их посланниками, и наперекор всем их стараниям, проискам и подаркам, электоры не забывали того правила, на котором, по мнению их, основывалось государственное учреждение Германии. У членов империи, составленной из владений, почти независимых, главный закон любви к отечеству состоял в том, чтобы ослаблять и ограничивать власть императора. Уже несколько веков не возводили на престол императорский ни одного могущественного государя, и этой благоразумной предосторожности многие знатные дома в Германии были обязаны своим блеском и независимостью. Избрание того, или другого из монархов-совместников было бы грубым нарушением древнего благотворного правила; империя получила бы не главу, а повелителя; электоры же перешли бы из равных в подданные

В ходе крупнейшего сражения XVIII в. во время Войны за испанское наследство французская армия маршала Виллара была вынуждена отступить под натиском англо-австро-голландских войск под командованием принца Евгения Савойского и герцога Мальборо. Но победа союзников была «пирровой»: непрерывно штурмуя французские окопы, они потеряли не менее 30 000 человек убитыми и ранеными, а французы, потерявшие не более 12 000 человек, отошли от поля сражения на расстояние не более одной мили и заняли там новую позицию. Они уже не могли помешать осаде и падению Монса, но ценой этой утраты французы протянули войну на целый год и к концу года находились в лучшем положении, чем в начале его. В донесении Виллара Людовику XIV после битвы были слова, вошедшие в историю: «Если Бог позволит нам проиграть еще одно такое сражение, Ваше Величество может быть уверен, что все наши противники будут уничтожены». Мальплаке с тактической точки зрения было несомненной победой союзников; стратегически же, победителями остались французы. В этом имеется внутреннее противоречие, но жизнь вообще полна противоречий, а стратегия измора - в особенности.

Эта философия умерла не столько сама, сколько была убита Рассматриваемые в лекциях времена — времена заката, а затем и угасания греко-римской философии, когда начинается формирование совершенно иного, чем философия, духовного явления: возникает новая мировая (т. е. не ограничивающая себя каким-то одним народом) религия — христианство, которое, возникнув в философско-мировоззренческой культурной среде, волей-неволей должно было выйти за пределы своей обязательной для всякой религии мифологии и определить своё отношение к «языческой» философии на её же теоретическом уровне. Так возникла христианская религиозная теология. Это тоже антифилософия, но антифилософия не внутренняя по отношению к философии (как скептицизм и неоплатонизм), а внешняя. Читать дальше...

Свято­слав первый ввел обыкновение да­вать сыновьям особенные уделы: пример несчастный, бывший виною всех бедствий России Святослав, пришед в совер­шенный возраст, думал единствен­но о подвигах воинских. Он, собрав многочисленное войско, с нетерпением летел в поле. Там нe имел он ни станов, ни обоза и питался кониною и мясом диких зверей ; презирал хлад и ненастье; не знал шатра и спал под сводом неба; войлок подседельный служил ему вместо мягкого ложа, седло изголовьем. — Святослав победил многих соседственных народов: покорил Вятичей; разбил Козар и взял их город Белую Вежу; одолел Ясов и Касогов (Осетинцев и Черкесов); и с 60 000 воинов устремился на Болгар Дунайских. Покорив большую часть Болгарии, решился удержать ее за собою и утвердишь свою столицу на берегах Дуная в Переяславце (ныне Рущук). В сие время Печенеги осади­ли Киев, где находилась Ольга с Детьми Святослава. Но Воевода Претич спас сей город и охранял его до тех пор, пока Святослав, оставя Болгарию, явился в Киеве и рассеял Печенегов. Читать дальше...

Решено «на малой и к переходу неудобной переправе атаковать» неприятеля и атаку начать, пустив в дело сперва казаков. Это и была та нерегулярная конница и казаки, которых Карл решил рассеять без труда, послав туда валахов и часть шведов. Но вместе с казаками уже находились быстро посланные Петром 1300 человек регулярной конницы, которые и отбросили первый отряд, посланный Карлом. Тогда неприятель пошел на нас «со всем своим войском как пехотою, так и конницею». Это и была спешившая на выручку короля шведская армия, которую русские трижды сбивали и останавливали. Выручив короля и бывшего при нем принца Вюртембергского (об участии, которого Петр ничего не знал), но не успев выручить два изрубленных вокруг короля шведских эскадрона, шведы вернулись назад. Когда шведы возвращались, то регулярная наша конница их не преследовала, а снова были пущены в ход казаки, которые «на неприятельских флангах многих копьями покололи». Петр считает урон шведов в этот день в 1 тыс. человек.

Брат канцлера сообщал, что перед отъездом из Вены он получил в подарок портреты императорской четы ценою около 7 тысяч талеров с аграфами в тысячу талеров, да 1500 дукатов на дорогу. Елизавете такие подарки показались недостаточными, и она несколько раз при всех за столом подымала об этом разговор, прибавляя, что ее посол мог продолжать свое путешествие и без этих 1500 дукатов. Тщетно Претлак ссылался в разговоре с А. Бестужевым на то, что при каждом дворе есть установившийся обычай для подарков послам, от которого трудно уклоняться; да и Мих. Бестужеву следовало, по его мнению, оценивать портреты не по-еврейски, во сколько они обошлись, а сообразно тому расположению императрицы, с которым они даны. Канцлер все-таки советовал прислать задним числом прямо, в С.-Петербург еще хотя бы золотую шпагу и набалдашник с бриллиантами на трость тысяч в 7, в 8 гульденов под предлогом, якобы эти вещи не были еще готовы при отъезде посла.